Култхард: Нелепый запрет командной тактики надо отменить

В своей очередной колонке на страницах лондонской газеты The Daily Telegraph Дэвид Култхард, бывший гонщик Формулы 1, а ныне комментатор ВВС, рассуждает на главную тему последних дней…

Дэвид Култхард: «Как я не раз уже говорил, Формула 1 – командный спорт. Это не самая популярная точка зрения, зато она соответствует действительности. А раз это командный спорт, – значит, надо отменить нелепый запрет командной тактики.

А теперь послушайте, что я хочу сказать. Понимаю, многим болельщикам было неприятно то, что произошло в Хоккенхайме в воскресенье, когда Фелипе Массе приказали пропустить Фернандо Алонсо. Однако давайте посмотрим правде в глаза.  

Командная тактика – обычное дело в Формуле 1. Она всегда была и всегда будет. По-моему, оттого, что Ferrari, нарушая правила, повела себя столь неловко, ее деяние не становится хуже. Я просто не верил своим ушам, слушая лицемерные речи, звучащие последние два дня.

Единственный способ положить конец командной тактике – выставлять на гонку одну машину. Но пока команды выставляют по две (а некоторые из них хотели бы выставлять и три), выполнять действующее правило невозможно.

Главам команд должно быть позволено делать все, что в их силах, чтобы добиться максимального результата на благо своих коллективов и их владельцев. Именно так они всегда и поступали. В какой-то момент мы, похоже, упустили это обстоятельство из вида. И поднятый шум, прежде всего, связан с базовым заблуждением, поскольку все думают, что Формула 1 – это спорт одиночек.

Когда я выступал в чемпионате мира, я тоже, как и все гонщики, гонялся и для самого себя, и для команды. К сожалению, в Хересе в 1997-м меня попросили пропустить Мику Хаккинена, и в следующем году в Мельбурне эта ситуация повторилась. Оба раза я уступил, и оба раза неохотно.

И потом я часто задавал себе вопрос: а что бы было, не будь я таким сговорчивым? Может быть, я бы завоевал больше уважения? Стал бы чемпионом мира? Или меня бы просто уволили? Гонщику приходится все взвешивать, прежде чем принять решение. 

Не сомневаюсь, Масса тоже задавал себе эти вопросы. Самое неприятное последствие воскресной гонки – это возможный ущерб его репутации. Теперь его будут считать услужливым человеком, готовым подчиниться воле компании, на которую работает. И возможно, публика будет права. Фелипе – командный игрок или марионетка? Грань между этими понятиями весьма тонка.

Однако это не меняет главного. Когда я выступал в команде Wills, Фрэнк Уильямс, мой прежний босс, обычно принимал решения, которые выводили гонщиков из себя, а когда мы ему жаловались, говорил, что все это делается не ради нас, а ради 700 человек, работающих в команде. А мы лишь гонщики, которым платят деньги. И он был прав.

Ага, скажут люди, если это командный спорт, то почему чемпионский титул считается Священным Граалем? Никто не видел, например, как Ferrari праздновала победу в Кубке Конструкторов, когда в 2008-м Люьис Хэмилтон опередил Фелипе Массу в споре за титул. 

Все это верно. Спонсорам нужны звездные гонщики, поэтому команды стараются, прежде всего, одержать победу в личном зачете. Это главная цель. Такая уж гонщицкая доля: титул достанется кому-то одному.

Как и в других видах спорта, глава команды должен иметь свободу принятия решений. А у спортсменов есть право либо подчиняться приказам, либо нет: кстати, лучшие из них редко бывают командными игроками, но действуют на свой страх и риск.

Отношения команды и гонщика – тонкая и сложная материя. Но с отменой командной тактики связан один минус: появляется риск, что этим могут воспользоваться любители нечестных приемов в игре на тотализаторе. 

И все-таки другого пути нет, если мы хотим избежать повторения историй, похожих на ту, что в минувшее воскресенье произошла в Хоккенхайме».